Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Говорили на днях о фольклоре, в частности, о шотландских сказках и набрели на вот эту сказку (русский перевод). И она мне вдруг очень ярко напомнила, как Нак Мак Фиглы явились перед возчиком, а потом перед передвижной библиотекой и перед Роланом в виде человеческой фигуры, составленной из отдельных фиглов. Тем более, что у фиглов ведь шотландские корни. Главная разница в том, что в сказке фигура однозначно является смертью и приходит она не сразу, а поэтапно. В то время как насчет фиглов постоянно подчеркивается тот факт, что они смертельно опасны для любого живого существа, но в обоих случаях их явления в качестве цельной фигуры, они приносят не опасность, а пользу. Возчик получил золотой – монету, которая стоила столько денег, сколько он никогда в жизни не видел. Ролана они обучают фехтованию, да и передвижной библиотеке помогают по мере возможности, возвращают убежавших волов. И что самое главное, они изначально приходят с добрыми намерениями – ради Тиффани. Сами они, естественно, возмутились бы, если бы им приписали добрые намерения, но в то же время они всегда защищают свой кодекс чести, например, не грабить бедных. Да и королеву фей ненавидят за ее бессмысленную жестокость, даже если они ушли от нее не сами, как они рассказывают.
В общем, мне кажется, что саму идею Прэтчетт вполне мог взять из сказки, но не больше.

Отрывки из Прэтчетта
On the far side of the Chalk, where the long green slopes came down to the flat fields of the plain, there were big thickets of bramble and hawthorn. Usually, these were alive with birdsong, but this particular one, the one just here, was alive with cussing.
'Ach, crivens! Will ye no' mind where ye 're puttin' yer foot, ye spavie!'
'I cannae help it! It's nae easy, bein' a knee!'
' Ye think ye got troubles? Ye wannae be doon here in the boots! That old man Swindell couldnae ha' washed his feet in years! It's fair reekin' doon here!'
'Reekin', izzit? Well, you try bein' in this pocket! Them ferrets ne 'er got oot to gae to the lavie, if you get my meanin'!'
'Crivens! Will ye dafties no' shut up?'
'Oh, aye? Hark at him! Just 'cuzye're up in the held, you think you know everythin'? Fra' doon here ye're nothing but dead weight, pal!'
'Aye, right! I'm wi' the elbows on this one! Where'dyou be if it wuzn'tfor us carryin' ye aroound? Who's ye think ye are?'
'I'm Rob Anybody Feegle, as you ken well enough, an' I've had enough o' the lot o' yezf
'OK, Rob, but it's real stuffy in here!'
'Ach, an' I'm fed up wi' the stomach complainin', too!'
'Gentlemen.' This was the voice of the toad; no one else would dream of calling the Nac Mac Feegle gentlemen. 'Gentlemen, time is of the essence. The cart will be here soon! You must not miss it!'
'We need more time to practise, Toad! We're walkin' like a feller wi' nae bones and a serious case o' the trots!' said a voice a little higher up than the rest.
'At least you are walking. That's good enough. I wish you luck, gentlemen.'
There was a cry from further along the thickets, where a lookout had been watching the road.
'The cart's comin' doon the hill!'
'OK, lads!' shouted Rob Anybody. 'Toad, you look after Jeannie, y'hear? She'll need a thinkin' laddie to rely on while I'm no' here! Right, ye scunners! It's do or die! Ye ken what to do! Ye lads on the ropes, pull us up noo!' The bushes shook. 'Right! Pelvis, are ye ready?'
'Aye, Rob!'
'Knees? Knees? I said, knees?'
'Aye, Rob, but-'
'Aye, Rob!'
The bushes shook again.
'Right! Remember: right, left, right, left! Pelvis,
knee, foot on the groond! Keep a spring in the step, feets! Are you ready? Altogether, boys . . . walk!'
It was a big surprise for Mr Crabber the carter. He'd been staring vaguely at nothing, thinking only of going home, when something stepped out of the bushes and into the road. It looked human or, rather, looked slightly more human than it looked like any-thing else. But it seemed to be having trouble with its knees, and walked as though they'd been tied together.
However, the carter didn't spend too much time thinking about that because, clutched in one gloved hand that was waving vaguely in the air, was something gold.
This immediately identified the stranger, as far as the carter was concerned. He was not, as first sight might suggest, some old tramp to be left by the roadside, but an obvious gentleman down on his luck, and it was practically the carter's duty to help him. He slowed the horse to a standstill.
The stranger didn't really have a face. There was nothing much to see between the droopy hat brim and the turned-up collar of the coat except a lot of beard. But from somewhere within the beard a voice said:
'. . . Shudupshudup . . . will ye all shudup while I'm talkin'. . . Ahem. Good day ta' ye, carter fellow my ol' fellowy fellow! If ye'll gie us - me a lift as far as ye are goin', we - I'll gie ye this fine shiny golden coin!'
The figure lurched forward and thrust its hand in front of Mr Crabber's face.
It was quite a large coin. And it was certainly gold. It had come from the treasure of the old dead king who was buried in the main part of the Feegles' mound. Oddly enough, the Feegles weren't hugely interested in gold once they'd stolen it, because you couldn't drink it and it was difficult to eat. In the mound, they mostly used the old coins and plates to reflect candlelight and give the place a nice glow. It was no hardship to give some away.
The carter stared at it. It was more money than he had ever seen in his life.
'If... sir ... would like to ... hop on the back of the cart, sir,' he said, carefully taking it.
'Ach, right you are, then,' said the bearded mystery man after a pause. 'Just a moment, this needs a wee bitty organizin' . . . OK, youse hands, you just grab the side o' the cart, and' you leftie leg, ye gotta kinda sidle along . . . ach, crivens! Ye gotta bend! Bend! C'mon, get it right!' The hairy face turned to the carter. 'Sorry aboot this,' it said. T talk to my knees, but they dinnae listen to me.'
'Is that right?' said the carter weakly. 'I have trouble with my knees in the wet weather. Goose grease works.'
'Ah, weel, these knees is gonna get more'n a greasin' if I ha' to get doon there an' sort them oot!' snarled the hairy man.
The carter heard various bangs and grunts behind
him as the man hauled himself onto the tail of the cart.
'OK, let's gae,' said a voice. 'We' havenae got all day. And youse knees, you're sacked! Crivens, I'm walkin' like I got a big touch of the stoppies! You gae up to the stomach and send doon a couple of good knee men!'
The carter bit the coin thoughtfully as he urged the horse into a walk. It was such pure gold that he left toothmarks. That meant his passenger was very, very rich. That was becoming very important at this point.
'Can ye no' go a wee bitty faster, my good man, my good man?' said the voice behind him, after they had gone a little way.
'Ah, well, sir,' said the carter, 'see them boxes and crates? I've got a load of eggs, and those apples mustn't be bruised, sir, and then there's those jugs of-'
There were some bangs and crashes behind him, including the sploosh that a large crate of eggs makes when it hits a road.
'Ye can gae faster noo, eh?' said the voice.
'Hey, that was my-' Mr Crabber began.
'I've got another one o' they big wee gold coins for ye!' And a heavy and smelly arm landed on the carter's shoulder. Dangling from the glove on the end of it was, indeed, another coin. It was ten times what the load had been worth.
'Oh, well. . .' said the carter, carefully taking the coin. 'Accidents do happen, eh, sir?'
'Aye, especially if I dinnae think I'm goin' fast enough,' said the voice behind him. 'We - I mean I'm in a big hurry tae get tae yon mountains, ye ken!'
'But I'm not a stagecoach, sir,' said the carter reproachfully as he urged his old horse into a trot.
'Stagecoach, eh? What's one o' them things?'
'That's what you'll need to catch to take you up into the mountains, sir. You can catch one in Twoshirts, sir. I never go any further than Twoshirts, sir. But you won't be able to get the stage today, sir.'
'Why not?'
'I've got to make stops at the other villages, sir, and it's a long way, and on Wednesdays it runs early, sir, and this cart can only go so fast, sir, and-'
'If we - I dinnae catch yon coach today I'll gi'e ye the hidin' o' yer life,' growled the passenger. 'But if I do catch yon coach today, I'll gie ye five o' them gold coins.'
Mr Crabber took a deep breath, and yelled:
'Hi! Hyah! Giddyup, Henry!'

T. Pratchatt, A Hat Full Of Sky

Дальняя сторона Мела, та, где над равниной поднимались пологие зеленые склоны холмов, густо заросла ежевикой и боярышником. Обычно из кустов доносилось пение птиц, но сегодня, из одного определенного куста — да, именно из этого — доносились ругательства.
— Ах, кривенс! Ты зырь, куды ступаешь, мутнец!
— Да че тут поделать-то? Думашь, коленом быти легко?!
— А ты думашь, те одному тяжко? Да тя бы сюды в черевики! Энтот старикашка Свиндел сто лет ноги не мыл! Ну и вонища же тут!
— Вонища, да? Да ты в кишеню залезть спробуй! Эти хорьки никогда до тавулету не вылезали, понял?
— Кривенс! Почему бы вам, тупицам, не заткнуться?
— О, айе? Вы тильки послухайте его! Думашь небось, раз ты тама сверху в башке обретаешься, то те все ведомо? Да нам снизу ты всего лишь мертвый груз и ничего боле, парень!
— Айе, верно! Тута я с локтями заодно! Да куда бы ты делся, коли бы мы тя не несли, а? Кем ты ся личишь?
— Робом Всякограб Фиглом, что вам всем ведомо. И до чего ж вы мне все обрыдли!
— Лады, Роб, только уж больно тут душно!
— И я сыт по горло скаргами брюха!
— Джентельмены. — раздался голос жаба; никому другому и в голову бы не пришло назвать Нак Мак Фиглов джентельменами. — Время — деньги. Повозка скоро будет! Нельзя ее упустить!
— Нам треба время для тренировки, Жаб! А то мы ходим, как мешок без костей, у которого понос приключился! — сказал более тонкий голос, чем остальные.
— По крайней мере, вы ходите. Это уже хорошо. Я желаю вам удачи, джентельмены.
Тут из наблюдательного поста, расположенного поодаль в кустах, раздался вопль: — Возок спускается с холма!
— Лады, хлопцы! — закричал Роб Всякограб. — Жаб, ты приглядай за Дженни, лады? Ей треба башковитый хлопец, чтобы она могла рассчитывать на него, пока мя нет! Эй, отвратцы, готовсь! Со щитом али на щите! Всем ведомо, чего делать! Парни с веревками, тягайте нас ввверх! — Кусты затряслись. — Так! Задница, готова?
— Айе, Роб!
— Колени? Колени? Я молвил, колени ?
— Айе, Роб, но…
— Ноги?
— Айе, Роб!
Кусты снова затряслись.
— Вот так! Памятуйте: право, лево, право, лево! Задница, колени, ступня на земле! Ноги, не забывайте от земли отскакивать! Готовы? Ну-ка разом… пошли!
Мистер Краббер, возчик, был изрядно удивлен. Он пялился куда-то в пространство, мечтая лишь о скором возвращении домой, как вдруг из кустов на дорогу что-то вылезло. Оно походило на человека, вернее, оно в большей степени походило на человека, чем на что-либо другое. По видимому, у него было не все в порядке с коленями и оно двигалось, как будто их связали.
Однако, извозчик не стал тратить время на размышления, потому что в руке существа, было зажато что-то золотое.
Кому кому, а возчику упомянутый факт сразу помог установить личность незнакомца. Это не был старый бродяга, как это могло показаться на первый взгляд, мимо которого спокойно проезжаешь мимо. Совершенно очевидно, перед ним находился джентельмен, попавший в беду, и его, возчика, долг состоял в том, чтобы помочь ему. Возчик остановил повозку.
Лица, как такового, у незнакомца, не было. Между обвисшими полями шляпы и поднятым воротником пальто мало что можно было разглядеть, кроме бороды. Из недр бороды раздался голос:
— … Заткнисьзаткнисьзаткнись… заткнитеся все, пока я речи молвлю … Кхм. Доброго те денечка, дружище извозчик, ты мой добрый старина! Коли подвезешь нас… — мя, докуда ты направляешься, мы… — я дам те вот эту дивну блестящу золоту монетку!
Незнакомец наклонился и сунул руку прямо в лицо мистеру Кабберу.
Монета была довольно крупная и, без всяких сомнений, золотая. Ее взяли из скоровищницы древнего короля, похороненного в главной камере фигловского кургана. Любопытно, стоило фиглам украсть золото, они тут же теряли к нему интерес — его же никак не выпьешь, да и съесть весьма затруднительно. У себя в кургане они ставили золотые монеты и блюда напротив свечей, чтобы отражать свет, наполняя помещение приятными отблесками.
Возчик уставился на монету. Она стоила столько денег, сколько он никогда в жизни не видел.
— Не будет ли… сэр… так любезен… и запрыгнет в повозку. — ответил он, бережно забирая монету.
— И то правда, — ответил после паузы таинственный бородач. — Одну хвилиночку, то требует мальца организации… Так, вы, руки, хвать за край возка и ты, лева нога, те треба стать бочком… Ах ты, кривенс! Те сгибаться треба! Сгибайся! Ну чего те не понятно! — заросшее волосами лицо повернулось к возчику. — Прощения просим. Я тут с коленками балакаю, а они мя не слухают!
— Да что вы говорите? — пробормотал возчик. — Мне тоже коленки досаждают в сырую погоду. Их надо смазывать гусиным жиром.
— Да тьфу ты! Я ща эти коленки не только смажу, коли мне придется к ним на разборки спуститься. — сердито проворчал бородач.
До возчика доносились шум и похрюкивание, с которыми незнакомец переваливался через край повозки.
— Добре, поехали что ли. — сказал бородач. — Время не ждет. И вы, коленки, я вас увольняю! Кривенс, да я передвигаюсь, как на ходулях. Убирайтесь в брюхо, а для коленей пришлите пару справных хлопцев!
Возчик задумчиво прикусил монету, подгоняя коня. Золото было такое чистое, что на монете остались отпечатки его зубов. Это значило, что его пассажир был очень и очень богатым и это придавало ему особую важность.
Через несколько ярдов, позади него снова раздался голос — Не мог бы ты ехать мальца пошвыдче, дружище, а дружище?
— Понимаете, сэр. — ответил возчик. — Видите все эти ящики и коробки? Я везу яйца и яблоки, их надо везти аккуратно, чтобы не побить, сэр, и еще у меня там банки…
Что-то позади повозки посыпалось на дорогу с грохотом, стуком и хлюпащим звуком, который издала большая коробка яиц, шмякнувшись о землю.
— Ну как, теперя ты могешь ехать пошвыдче? — спросил бородач.
— Эй, это был мой… — начал мистер Краббер.
— А вот те еще мальца великучих золотых монеток! — тяжелая, вонючая рука опустилась на плечо возчика. С пальцев перчатки и в самом деле свисала еще одна монетка. Она стоила в десять раз больше, чем весь груз в повозке.
— Ох, ну раз так… — ответил извозчик, бережно принимая монету. — Может ведь произойти несчастный случай, а, сэр?
— Айе, могет, особливо коли мне задастся, что еду я не достаточно швыдко. — согласился голос позади него. — Мы… — я хочу сказать — я, дюже тороплюсь попасть вон в те горы, вишь ли.
— Да, но у меня не почтовая карета, сэр, — укоризненно сказал возчик, подгоняя коня в рысь.
— Почтовая карета, а? Что это за штуковина?
— Вы должны пересесть на нее, чтобы попасть в горы, сэр. Вы можете перехватить ее в Дурубахах, сэр. А я никогда не заезжаю дальше Двурубах. Но сегодня вы на почтовую карету уже не успеете, сэр.
— Почему нет?
— Я должен сделать остановки в других деревнях, сэр, а на это требуется время, и карета рано отправляется по средам, да и повозка не может ехать быстрее, сэр, и…
— Коли мы… Я не перехвачу карету сегодня, я те таку трепку задам, — зарычал пассажир. — Но коли я поспею, ты получишь еще пять гарных золотых монеток.
Мистер Краббер набрал полную грудь воздуха и завопил:
— Но! Пошел! Пошел, Генри!

Т. Прэтчетт, "Шляпа, полная небес"

The librarians were mysterious. It was said they could tell what book you needed just by looking at you, and they could take your voice away with a word.
But here they were searching the shelves for T. H. Mouse-holder’s famous book Survival in the Snow.
Things were getting desperate. The oxen that pulled the wagon had broken their tethers and run off in the blizzard, the stove was nearly out, and worst of all, they were down to their last candles, which meant that soon they would not be able to read books.
“It says here in K. Pierpoint Poundsworth’s Among the Snow Weasels that the members of the ill-fated expedition to Whale Bay survived by making soup of their own toes,” said Deputy Librarian Grizzler.
“That’s interesting,” said Senior Librarian Swinsley, who was rummaging on the shelf below. “Is there a recipe?”
“No, but there may be something in Superflua Raven’s book Cooking in Dire Straits. That’s where we got yesterday’s recipe for Nourishing Boiled Socks Surprise—” There was a thunderous knocking at the door. It was a two-part door that allowed only the top half to be opened, so that a ledge on the bottom
half could be a sort of small desk for stamping books. Snow came through the crack as the knocking continued.
“I hope that’s not the wolves again,” said Mr. Grizzler. “I got no sleep at all last night!”
“Do they knock? We could check in The Habits of Wolves by Captain W. E. Lightly,” said Senior Librarian Swinsley, “or perhaps you could just open the door? Quickly! The candles are going out!”
Grizzler opened the top half of the door. There was a tall figure on the steps, hard to see in the fitful, cloud-strained moonlight.
“Ah’m lookin’ for Romance,” it rumbled.
The Deputy Librarian thought for a moment, and then said, “Isn’t it a bit chilly out there?”
“Aren’t ye the people wi’ all dem books?” the figure demanded.
“Yes, indeed…oh, Romance! Yes, certainly!” said Mr. Swinsley, looking relieved. “In that case, I think
you’ll want Miss Jenkins. Forward please, Miss Jenkins.”

“It looks like youse is freezin’ in there,” said the figure. “Dem’s icicles hanging from der ceilin’.”
“Yes. However, we have managed to keep them off the books,” said Mr. Swinsley. “Ah, Miss Jenkins.
The, er, gentleman is looking for Romance. Your department, I think.”
“Yes, sir,” said Miss Jenkins. “What kind of romance were you looking for?”
“Oh, one wi’ a cover on, ye ken, and wi’ pages wi’ all wurdies on ’em,” said the figure.
Miss Jenkins, who was used to this sort of thing, disappeared into the gloom at the other end of the wagon.
“Dese scunners are total loonies!” said a new voice. It appeared to come from somewhere on the person of the dark book borrower, but much lower than the head.
“Pardon?” said Mr. Swinsley.
“Ach, nae problemo,” said the figure quickly. “Ah’m sufferin’ from a grumblin’ knee, ’tis an old trouble—”
“Why don’t they be burnin’ all dem books, eh?” the unseen knee grumbled.
“Sorry aboot this, ye know how knees can let a man doon in public, I’m a martyr to dis one,” said the stranger.
“I know how it is. My elbow acts up in wet weather,” said Mr. Swinsley. There was some sort of fight going on in the nether regions of the stranger, who was shaking like a puppet.
“That will be one penny,” Miss Jenkins said. “And I will need your name and address.”
The dark figure shuddered. “Oh, I—we ne’er give out oor name an’ address!” it said quickly. “It is
against oor religion, ye ken. Er…I dinna wanta be a knee aboot this, but why is ye all here freezin’ tae death?”
“Our oxen wandered off, and alas, the snow’s too deep to walk through,” said Mr. Swinsley.
“Aye. But youse got a stove an’ all them dry ol’ books,” said the dark figure.
“Yes, we know,” said the librarian, looking puzzled.
There was the kind of wretched pause you get when two people aren’t going to understand each other’s point of view at all. Then:
“Tell ye what, me an’—ma knee—will go an’ fetch yer cows for ye, eh?” said the mysterious figure.
“Got tae be worth a penny, eh? Big Yan, you’ll feel the rough side o’ my hand in a minit!”
The figure dropped out of sight. Snow flew up in the moonlight. For a moment it sounded as if a scuffle were going on, and then a sound like “Crivens!” disappearing into the distance.
The librarians were about to shut the door when they heard the terrified bellows of the oxen, getting louder very quickly.
Two curling waves of snow came across the glittering moors. The creatures rode them like surfers, yelling at the moon. The snow settled down a few feet away from the wagon. There was a blue-and-red blur in the air, and the romantic book was whisked away.
But what was really odd, the librarians agreed, was that when the oxen had come speeding toward them, they had appeared to be traveling backward.

Библиотекари были таинственными существами. Говорили, что они понимали какая книга вам нужна, лишь взглянув на вас, и что они могли отобрать у вас голос словом.
Но сейчас, в застрявшем фургоне, они шарили по книжным полкам в поисках знаменитой книги Т.Г. Маусхолдера „Выживание в снегах“.
Положение становилось все более отчаянным. Волы, тянущие фургон, разорвали привязи и убежали, спасаясь от вьюги, печка почти прогорела и что было хуже всего, догорали последние свечи, а это означало, что вскоре они не смогут читать книги.
— В книге К. Пайерпойнта Паундсворта „Среди снежных куниц“ сказано, что участники злосчастной экспедиции в Китовом Заливе выжили, питаясь супом из пальцев собственных ног. — сказал Помощник Библиотекаря Гриззлер.
— Очень интересно, — ответил Старший Библиотекарь Свинслей, обыскивающий нижнюю полку. — А рецепт там есть?
— Нет, но он может быть в книге Роскоша Ворона „Кулинария в Затрудненных Обстоятельствах“. Это там мы вчера нашли рецепт Питательного Сюрприза из Вареных Носков…
В дверь оглушительно забарабанили. Дверь фургона состояла из двух половинок — верхней и нижней. Можно открывать только верхнюю часть и использовать выступ на нижней части как подставку. Стук не прекращался и в щель между половинками посыпался снег.
— Надеюсь, это не волки опять. — сказал мистер Гриззлер. — Я всю ночь не спал!
— А у них принято стучать? Надо бы глянуть в „Повадках волков“ капитана У.И. Лайтли, — ответил ему Старший Библиотекарь Свинслей. — А еще проще взять и открыть дверь. Давай быстро! Свечи вот вот-погаснут!
Гриззлер открыл верхнюю половинку двери. На ступеньках стояла высокая темная фигура, трудно различимая в неровном лунном свете.
— Я ищу Романьтизм. — громко сказала фигура.
Помощник Библиотекаря на мгновение задумался и затем спросил: — Холодище-то какой, а?
— Энто вы те люди со всякими разными книжками? — упорствовала фигура.
— Точно… О, книги о любви! Да, конечно! — с облегчением сказал мистер Свинслей, — В таком случае, вам нужна мисс Дженкинс. Мисс Дженкинс, подойдите пожалуйста.
— Да вы тута змерзли, кажись. — продолжала фигура. — С потолка сосульки свешиваются.
— Да, но к книгам мы их не подпустили. — ответил мистер Свинслей. — Ага, мисс Дженкинс, вот джентельмену нужны книги о любви. Это ваш отдел.
— Да, сэр. — ответила мисс Дженкинс. — Какого рода книги о любви вам нужны?
— О, ну тама обкладинка, вишь, со страницами и письменами. — сказала фигура.
Мисс Дженкинс, привыкшая к подобным вещам, скрылась в темном конце фургона.
— Да энти противцы совсем ошалели! — послышался другой голос. Он исходил откуда то из недр искателя книги, намного ниже головы.
— Простите? — спросил мистер Свинслей.
— А, нае проблемо, — быстро ответила фигура. — То мя буркотлива коленка донимает, старая беда…
— Почему бы им не спалить все энти книги, а? — пробурчала невидимая коленка.
— Я звиняюсь, знаете, как эти колени могут вас опозорить на людях. От я мученик. — проговорил путник.
— Я вас так понимаю. Мой локоть так же ведет себя в сырую погоду. — ответил мистер Свинслей. В нижней половине тела путника поисходила какая-то борьба и он весь трясся, как марионетка.
— С вас один пенни. — появилась мисс Дженкинс. — И мне нужны ваши имя и адрес.
Темная фигура пожала плечами. — О… Мы никогда наши прозвания и адрес не даем! Это супротив нашей религии, вишь ли. Эээ… Не хочу уподобляться своей коленке, но почему здесь така холодища?
— Наши волы убежали и, увы, снег слишком глубок, чтобы идти. — ответил мистер Свинслей.
— Айе. Но у вас тута печка и все эти старые исхошие книженции. — сказала темная фигура.
— Да, мы знаем. — ответил озадаченный библиотекарь.
Возникла неприятная пауза, обычнаядля таких моментов, когда собеседники даже не собираются понимать чужую точку зрения. Затем разговор продолжился:
— Вот что я те реку, я и… мое колено… пойдем и поймаем ваших коровок, а? — сказала таинственная фигура. — Будет стоить пенни, а? Величий Ян, ты щас у меня дождешься!
Путник исчез. Лишь снег кружился в лунном свете. Какое-то мгновение была слышна возня, затем раздался вопль „Кривенс!“, быстро затихающий вдали.
Библиотекари только собирались закрыть дверь, как вдруг услышали приближающееся мычание перепуганных волов.
По сверкающей в лунном свете поляне, двигались две полукруглые снежные волны. Животные плыли по снегу, как парусники, и мычали на луну. Волны остановились в нескольких метрах от фургона. Мелькнуло расплывчатое, красно-синее пятно и любовный роман исчез.
Но что показалось библиотекарям действительно странным, как они все согласились, это то, что стремительно несущиеся сквозь снег волы, двигались задом наперед.

"Зимних дел мастер"

“Ah, then you’ve met them before,” said Roland with a glint in his eye. “Let’s have another go, shall we? I think I’m getting the hang of it.”
There was a grumble of protests from every part of the armor, but Rob Anybody shouted it down.“All right! We’ll gi’e the lad one more chance,” he said. “Get tae yer posts!”
There were clangs and much swearing as the Feegles climbed around inside the suit, but after a few seconds the armor seemed to pull itself together. It picked up a sword and lumbered toward Roland, who could hear the muffled orders coming from inside.
The sword swung, but in one quick movement he deflected it, stepped sideways, swung his own sword in a blur, and chopped the suit in half with a clang that echoed around the castle.
The top part hit the wall. The bottom half just rocked, still standing.
After a few seconds, a lot of small heads slowly rose above the iron trousers.
“Was that supposed to happen?” Roland said. “Is everyone, er…whole?”
A quick count revealed that there were indeed no half Feegles, although there was a lot of bruising and Daft Wullie had lost his spog. A lot of Feegles were walking in circles and banging at their ears with their hands, though. It had been a very loud clang.
“No’ a bad effort, that time,” said Rob Anybody vaguely. “Ye seem tae be gettin’ the knowin’ o’ the fightin’.”
“It definitely seemed better, didn’t it,” said Roland, looking proud. “Shall I have another go?”
“No! I mean…no,” said Rob. “No, I reckon that’s enough for today, eh?”
— Ах, так вы с ними уже встречались. — глаза Роланда блеснули. — Ну что, еще разок? По-моему я начинаю осваиваться.
Из каждой части доспехов послышался ропот протеста, но Роб Вскякограб всех утихомирил.
— Лады! Дадим парнише еще один шанс! — закричал он. — По местам!
Фиглы полезли в доспехи, лязгая и чертыхаясь, через несколько секнуд латы подтянулись, подобрали меч и, неуклюже топая, двинулись навстречу Роланду. Роланд мог слышать, как внутри доспехов отдаются команды.
Меч взлетел, но Роланд одним быстрым движением отразил его, оступил в сторону и, сделав резкий выпад, с оглушительным звоном разрубил латы пополам.
Верхняя часть лат отлетела к стене. Нижняя часть закачалась, но устояла.
Через несколько секунд из железных штанов показались маленькие синие головы.
— Так и должно было случиться? — спросил Роланд. — Все… целы?
Был проведен быстрый осмотр и половинки фигла не обнаружилось, но многие получили ушибы, а Вулли Валенок потерял свой напузник. Фиглы бродили по оружейной, хлопая себя по ушам. Звон был еще тот.
— Неплохая попытка. — рассеяно сказал Роб Всякограб. — Кажись ты ухватил суть поединка.
— Определенно есть улучшения, да? — с гордым видом сказал Роланд. — Повторим?
— Нет! То есть… нет. — ответил Роб. — На сегодня хватит, лады?

"Зимних дел мастер"


( 3 sententiae — sententiam dic! )
Apr. 27th, 2012 05:38 pm (UTC)
О, идею взять - это не плагиат, ее же нужно разработать, а куда мысль повернет при разработке - трудно сказать. Я тут почитала раннего Прэтчетта, до "Плоского мира", так он и сам у себя кучу идей взял, и о штанах времени, и Смерть у него там в паре мест встречается, и некий прообраз Фигглов тоже есть, и кое-что еще.
Apr. 27th, 2012 06:12 pm (UTC)
Я и не говорю о плагиате, а о фольклорных параллелях и многоплановости образов. Какой же это плагиат.
Есть целая книга "Folklore of the Discworld", где частично отслеживаются источники, которыми пользовался Прэтчетт при создании своего фольклора, мне кажется, что и эту сказку можно включить в список источников.

Edited at 2012-04-27 06:13 pm (UTC)
Apr. 27th, 2012 06:16 pm (UTC)
А, да, можно. Фольклор вообще неисчерпаемый кладезь сокровищ, там столько интересных идей, причем вскользь упоминаемых, будящих воображение.
( 3 sententiae — sententiam dic! )

Latest Month

February 2018

Page Summary

Powered by LiveJournal.com