?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Dec. 10th, 2014

Дочитала Мерсье. Сколько ни старалась растянуть процесс, все равно пришлось заканчивать, тем более что под конец уже никак не получалось отвлекаться на другие книги.

После того как Амадеу прочитал книгу, — говорил один из преподавателей, — в ней не остается даже букв. Он вытягивет не только содержание, но и саму типографскую краску.

Такое причудливое переплетение надежды и безнадежности, жажды жизни, несокрушимого одиночества и отчаяния. Такое стремление к внутренней свободе, самопознанию.

Понимание себя — это открытие или сотворение?
***
Какой должна быть наша внутрення крепость?

Золотых слов мастер, которого, конечно, зовут Амадеу, как же иначе? Амадей, жаждавший заново сложить слова родного языка в предложения.

Это будут, представляю я себе, предложения, принуждающие к действию, неумолимыми их тоже можно назвать. Они стояли бы неподкупно и несокрушимо, и этим походили бы на слова Бога. При том в них не было бы и тени патетики и пафоса, но и скудности тоже - чтоы ни убрать, н добавить ни единого слова, ни запятой. Этим они бы напоминали стих, спаянный золотых слова мастером.
***
...то имя, которое ты дала мне. Амадеу Инасио. Большинство людей не слишком задумываются, когда что-то говорят о Мелоди. Но со мной совсем другое дело, я хорошо это знаю, потому что твой голос я слышу в каждом — голос, полный надменного благоговения. Я просто обязан был стать гением. Творить с божественной легкостью. И в то же время — в то же время! — должен был воплощать в себе убийственную суровость святого Инасио и обладать его талантами воинствующего проповедника.

Это что касается Амадеу Праду. И с другой стороны - Раймунд Грегориус, Мундус, Папирус - собирающий и помнящий древние слова. Кому, как не ему заворожиться звуком произнесенного по-французчки с португальским акцентом слова "Português", зацепиться за отрывок из книжки золотых слов мастера и начать собирать осколки, разбросанные по разным людям.

Грегориус рассказал об испанской книжной лавке в Берне, о тех первых строках, которые ему перевели из томика Праду.
«Из тысяч переживаний нашего опыта в лучшем случае лишь одно мы облекаем в слова, да и то случайно, без должной тщательности. Среди всех невысказанных скрываются и те, которые незаметно придают нашей жизни форму, цвет и мелодию», — процитировал он на память.
---
— Вы услышали это и сбежали из гимназии?
— Я сбежал из гимназии и услышал это.


Столько всего. Хочется выкинуть из головы все, вспоминать и перечитывать. Хорошо, что я эту книгу оставила под конец года. Это драгоценное чувство, когда ни за что больше не хочется браться, чтоб не разбить хрупкое душевное равновесие между восхищением, отчаянием, радостью, печалью.

— Так что Слово — это свет человеков, — задумчиво сказал он. — И все вещи тогда по-настоящему существуют, когда облачены в слова.
— А слова должны иметь ритм, — подхватил Грегориус. — Ритм, как, например, в стихах от Иоанна. Только если они становятся поэзией, они бросают на вещи свет. В изменчивом свете слов те же самые вещи выглядят по-разному.
Сильвейра внимательно посмотрел на него.
— И поэтому, если выпадает даже одно-единственное слово на фоне трехсот тысяч книг, у человека может закружиться голова.
Они засмеялись, смеялись и не могли остановиться, смотрели друг на друга и снова смеялись, и знали, что смеются на своим прежним смехом, и что над самыми важными вещами лучше всего смеяться.

***
О поэзии нельзя _болтать_. Ее надо _читать_. Чувствовать на языке. Жить ею. Ощущать, как она тебя подвигает, преображает. Как благодаря ей твоя жизнь обретает форму, цвет, мклодию. Ею не восторгаются всуе и уж тем более не превращают в пушечное мясо для своей карьеры.

Latest Month

January 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   
Powered by LiveJournal.com